Горное Королевство

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Горное Королевство » Сюжет «Дворцовый переворот» » [Лето 539 г] "Люблю грозу в начале мая"


[Лето 539 г] "Люблю грозу в начале мая"

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Дата: Дождливый вечер после удушающе жаркого дня
Время: Поздний вечер
Место действия: поместье Наварра
Действующие лица: Константин и Люси
Краткое описание ситуации: После солнечного жаркого денька разразилась сильная гроза. В горах гром слышен намного сильнее, а потому и жути наводит еще больше. Непривыкшая к местным грозам Люси, гостья из Нейтсмита, очень испугалась ярких молний и громких звуков, а потому отправилась искать защиты. По счастливой случайности она приходит к хозяину поместья.

0

2

Как же он не любил лето! Особенно когда жарко, душно, солнце нещадно палит с самого восхода так, что работать невозможно. Но самая изнуряющая это духота перед грозой. Сегодня Тин весь день не находил себе места, от удушающее горячего воздуха. Вот-вот должен был пойти дождь, но это «вот-вот» так и не наступало. Днем на охоте, Константин отлежался в кустах, пока его не хватились другие охотники, и пришлось большой кошке вылезать из тени и, обернувшись человеком, нехотя возвращаться.
За весь день он ничего толком и не поймал. А к вечеру ситуация стала еще хуже. Уже невозможно было вдохнуть полной грудью, тень не спасала, поэтому практически до заката охотник проторчал возле реки. Вода хоть и как парное молоко, но помогала. Дожив кое-как до первых сумерек, Константин вернулся в дом.
Проходя по саду, он встретил Люси, а рядом с ней этого треклятого старикашку, который следил за каждым ее шагом. С самого их приезда он стал себя вести так, что Константин даже на шаг приблизиться не мог к девочке. Вот и сейчас старик провожал испепеляющим взглядом хозяина дома, и тот лишь коротко поздоровавшись и улыбнувшись, прошел в дом.
В помещении оказалось на удивление прохладно. Не обнаружив нигде Алису и Лилиан, Константин перекусил на скорую руку и отправился в спальню. Усталость внезапно накатила на него, и мужчина, рухнув на кровать, уснул.
Проснулся он только поздним вечером от раскатов грома, которые сотрясали стены и пол. Необычайно сильная гроза выдалась этой ночью – потоки дождя с грохотом текли с крыши на землю, каждое мгновение за окном вспыхивала молния, освещавшая, казалось, все Шесть Герцогств.
Константин поморщился, из-за чуткого слуха у оборотня закладывало уши, и каждый раскат грома отдавался неприятной вспышкой боли.
«Нужно вставать…» решил он про себя, но только лишь плотнее прижал к голове подушки. Сон никак не хотел отпускать его, несмотря на все помехи. Однако, в комнате следовало бы разжечь камин. После такого ливня на улице, а значит и в комнате, надолго похолодает, а Алисе с Лили нужно быть в тепле.  Константин потянулся так, что аж захрустели косточки, вновь расслабился
«Еще пару минут…»

0

3

Лето было излюбленным временем года Люси. Что  может быть чудеснее, чем лучи солнца, пригревающие кожу? В такие моменты ей всегда хотелось улыбаться и смеяться. Разнообразие красок природы, что окружают человека, наполняли душу счастьем. И единственным, что не нравилось Люси в лете, была духота, чаще всего являвшаяся предвестником гроз. Грозы же пугали ее с раннего детства. Наверное, с того самого момента, когда маленькая девочка оказалась одна посреди большой залы. За окном гремели раскаты грома, а порывы ветра колыхали занавески, от чего тени на стенах оживали, а воображение ребенка рисовало чудовищ. Тогда Люси напугалась очень сильно и с тех самых пор никогда не оставалась в грозу одна, чаще прибегая в комнату матушке, а став постарше, пережидала пугающее явление природы  вместе с сестрою.
Душно, очень душно. В такую погоду совершенно невозможно было находиться в доме. Так что Люси отправилась на прогулку по саду, который стал излюбленным местом в ее новом доме. Энрике - этот старый слуга, приставленный к ней отцом, буквально следовал по пятам. Единственным местом, где она могла бы побыть в одиночестве, была ее комната. Особенно досадливо было, что ей никогда не удавалось остаться наедине с хозяином дома, даже перекинуться парой фраз, ведь тут же появлялся Энрике, подобный сторожевому псу. Люси лишь поджимала губки и украдкой бросала на Константина заинтересованные взгляды, ловя на себе в ответ его слегка прищуренный взгляд, от чего на щеках вспыхивал румянец.
Вот и сейчас, едва завидев гостеприимного хозяина, Люси постаралась скрыть восторг и трепет, которым сама не могла дать четкого определения. Энрике же сразу встрепенулся и сделал несколько шагов к Люси, словно собираясь отразить атаку. При этом он  галантно отвесил поклон хозяину и проводил того взглядом, бросая косые взгляды на девочку, которая поздоровалась с Константином и слегка смущено улыбнулась в ответ, а после бросила украдкой досадливый взгляд на старикашку, что ей жизни не давал.
Еще какое-то время Люси гуляла по саду, а после, когда ночь начинала своим темным пологом постепенно укрывать землю, отправилась к себе. Только здесь она, наконец, могла побыть одна, предаться девичьим грезам и скоротать время за рукоделием у открытого окна, а после лечь спать и заснуть с мыслями о том, как на нее сегодня посмотрела муж Алисы, какая у него невероятная улыбка.
Из прекрасного мира грез, Люси вырвал раскатистый гром. Девочка дрогнула и, распахнув глаза, села на постели. Сердечко ее учащенно забилось. Темная комната, гром, молнии и тени на стенах – все чего она боялась до сих пор. Гроза здесь была еще более громкая, так что Люси сжалась вся, судорожно думая, куда же ей бежать. Здесь же не было ни матушки, ни сестрицы, вообще никого из тех, с кем она чувствовала бы себя в безопасности. Или все же были? Мелькнула мысль о Константине, но тут же ее Люси прогнала от того, что все-таки неприлично врываться в столь поздний час к мужчине. Она накрылась с головою одеялом и легла на постель, собираясь так переждать грозу. Однако очередной еще более звучный раскат грома, заставил Люси буквально выпрыгнуть из постели и помчаться прочь. Она бежала в сторону комнаты Константина. Быть может, будь Алиса здесь, то она бы отправилась к ней, но ее дальняя тетушка уехала в замок вместе с дочерью. Люси даже подумалось, что сейчас не хватает Энрике и тут же шальная мысль мелькнула в голове: «Как хорошо, что он спит». Подбежав к двери, одетая в белую сорочку с легка растрепанными волосами, она уже собиралась постучаться, но очередной раскат грома словно толкнул ее в спину. Люси буквально влетела в комнату, в которой было темно и только молнии, сверкавшие за окном, освещали ее. На кровати лежал и, кажется, спал Константин. Люси чуть прикусила губу. На мгновение успокоилась ровно до нового грома, в результате которого уже оказалась у постели Константина. Он был рядом, и становилось не так страшно. Люси присела на край кровати, сложив руки в замочек на колени, и смотрела на спящего мужчину, не решаясь потревожить его сон и думая, что, может, стоит вот так посидеть и переждать грозу. О том, как это будет смотреться со стороны и что могут подумать домочадцы, испуганный, по сути, еще ребенок и не думал.

+1

4

Когда Алисы не было рядом, чтобы заполнить собой все мысли мужчины, чтобы проникнуть во все его клеточки, Константин уплывал мыслями к их гостье – Люси.
Вот и теперь, лежа один на кровати и слушая гром за окном, мужчина, закрыв глаза, представлял, как сейчас пробирается в ее  комнату. Такая чудесная возможность. Эх, если бы только он был уверен во взаимности. Ее запах, взгляд, движения еще ничего не значили. Для оборотня сейчас важнее были бы ее слова, ее четкое «да». Одомашненный Кот больше не жаждал грубости. Хоть он и сгорал от любви к своей супруге, его страсть была немного притуплена семейной размеренной жизнью. От прошлого похотливого соблазнителя молодых девушек очень мало, что осталось.
Пять минут, через которые хотел вставать Константин, давно прошли, но он продолжал лежать, зарывшись головой в  подушки.
Из-за раскатистого грома, перекатывающего камни где-то в небе, из-за приоткрытого окна, в который врывался влажный сырой воздух, оборотень пропустил тот момент, когда в комнату вошла внезапная гостья. Даже когда матрас слегка прогнулся, Тин и ухом не повел. Только лишь через пару минут, когда мужчина, собрав волю в кулак, решил встать, тогда он, заворочавшись, и заметил темный силуэт.
- Люси… - мужчина удивленно рассматривал ребенка, сидящего на краю его кровати – Почему ты пришла? Что случилось? - Что заставило ее придти в комнату, Тин не сразу понял, но когда Люси вздрогнула от очередного раската грома, оборотень сообразил. Здесь в горах ее еще больше пугали грозы. Сев на кровати, Константин придвинулся к ночной гостье
Волнение охватил мужчину, еще ни разу им не оставалось остаться наедине. Все время рядом находились либо старый слуга Энрике, либо Алиса с ребенком. Константин чувствовал взаимную симпатию и заинтересованность со стороны молодой девочки, и теперь отличный повод услышать ее ответ.  Теперь малышка сидит на его кровати, прозрачная, будто призрак, в белой ночной сорочке и распущенными волосами, подрагивая от каждого шороха. Мужчина придвинулся еще ближе и приобнял Люси за плечи, в комнате было холодно, и она могла запросто простыть.
- Боишься одна? – стараясь совладать с взволнованным голосом и прибавить своему тону как можно больше тепла, спросил Константин.

+1

5

Наверное, в тайне Люси желала, чтобы Константин проснулся, чтобы они, быть может, впервые смогли поговорить, оставшись наедине. Но так же она этого очень боялась. От одной мысли, что останется один на один с тем, кто вот уже год как волнует ее сердце, Люси бросало в жар. Иногда, когда украдкой она наблюдала, за объятиями, улыбками, простым разговором между Константином и Алисой, девочка представляла себя на ее месте. Довольно смелые мечты для ребенка, но ее тянуло к этому мужчине, что излучал силу, уверенность, властность и в то же время мог быть заботливым, таинственным. К нему притягивало как магнитом, и только другие люди, что вечно их окружали, препятствовали этой силе притяжения.
А сейчас они остались наедине, и только сон был преградой. Взгляд карих глаз пристально изучал из-под полуопущенных ресниц мужчину, особенно во вспышках молний, его было видно прекрасно. Волевой подбородок, упрямая линия губ, которые сейчас были от нее сокрыты, ведь мужчина лежал, уткнувшись в подушку, сильные плечи, темные волосы. Он по-настоящему казался Люси идеальным, и она просто любовалась, почти расслабившись и уже не так вздрагивая от молний и грома, ведь сейчас она была не одна.
Прошло какое-то время прежде, чем Константин пошевелился, а сердце девочки замерло, чтобы в следующее мгновение, когда с его уст сорвалось ее имя, забиться учащенно. Люси покраснела благо, что темнота скрывала ее смущение, и потупила взор, отведя его от мужчины. Почему то в этот момент она почувствовала себя глупой. Как же, она ведь уже взрослая, а боится грозы. Разве не смешно? Люси поджала губки. Послышался очередной, но более сильный, раскат грома, так что Люси чуть вздрогнула, а в следующее мгновение ее буквально парализовало, так как она почувствовала прикосновение Константина, который ее приобнял и оказался совсем близко. Казалось, в этот момент сердце выпрыгнет из груди, а сама Люси вспыхнет подобно факелу. Девочка боялась даже пошевелиться, словно это может все разрушить, словно от этого ей станет еще более неловко. Он все понял, понял, что ей страшно. В его голосе таком чуть низком, бархатном, было столько тепла, что Люси немного начинала расслабляться и, наконец, смогла собраться с силами, чтобы заговорить
- Мне просто было страшно. Я с детства боюсь грозы, когда гром и молнии, а здесь все еще страшнее, - казалось, нельзя краснеть еще больше, но Люси краснела. Ее щечки лихорадочно горели, а  сама она не решалась взглянуть на мужчину. Ручки ее робко лежали по-прежнему на коленях, чуть сжимая ткань сорочки.
Простите, что побеспокоила и разбудила, - да они в первый день договорились, точнее он попросил, обращаться к нему на ты. По началу Люси все же было трудно это делать, но постепенно и к Алисе и к Константину она стала обращаться на ты. А вот сейчас, оставшись наедине, с ее уст снова сорвалось обращение на «вы». Но ведь он такой взрослый, сильный, а она совсем рядом с ним ребенок, хрупкий. Словно в подтверждение ее слов о страхе, вновь послышался гром, Люси вздрогнула и неосознанно, чуть сильнее прижалась к тому, кто, казалось, мог защитить от всего.

+1

6

Еще немного и Константин просто растает от душившей его нежности к этой девочке.
- Ты дрожишь вся, – отметил Тин, потирая ее предплечье, разгоняя кровь и согревая. – Я разожгу камин, подожди немного.
Мужчина встал, скользнув ладонью по спине Люси. Сидеть рядом с ней было очень приятно, но дела все равно делать надо было. Хорошо ориентируясь в ночной темноте, Тин прошел к камину напротив кровати. Он присел на корточки и начал укладывать дрова, лежавшие рядом. 
- Ты пока ложись, укутайся в одеяло, комната не скоро нагреется – посоветовал он Люси, обернувшись через плечо. В его голове роился целый улей мыслей, а сердце взволнованно стучало, когда взгляд мужчины выхватывал в темноте силуэт гостьи, из-за которой и было такое состояние у женатого оборотня.
С беременной Алисой, порой, было трудно, особенно последние месяцы, когда супружеский долг уже ни дать, ни взять. Константин голодал. А сейчас у него на кровати сидела такая прекрасная нимфетка, которая жалась к нему всем телом, буквально, минуту назад…
Пытаясь отвлечься от волнующих фантазий, Тин сосредоточился на огне. Искра все не хотела выскакивать из-за ветра, задувавшего в приоткрытое окно. Ругнувшись, Константин оставил кремень и шагнул к окну. На зиму они закрывались деревянными ставнями изнутри. Ими-то и запер мужчина. Заодно так и яркий свет от молний не будет попадать, и Люси не будет так бояться.
«Хотя это плохо, с молниями она бы еще крепче жалась ко мне» ухмыльнулся он, пока стоял спиной к вожделенному телу. Ох, этот нежный ангел, который благоухал невинностью просто сводил с ума оборотня, который до мельчайших подробностей чувствовал ее состояние сейчас.
Разобравшись, наконец, с камином, Константин вновь обратил все свое внимание на ночную гостью.
- Ты, может, голодна? У меня тут есть немного мяса и вина. Мясо в камине можно разогреть, но только вино у меня крепкое, я не уверен, можно ли тебе уже – он прошел к комоду сбоку от кровати, на котором на тарелках осталась еда и плеснул себе глоток вина. Необходимо было унять волнение, которое морозило все внутренности голодного оборотня.

+1

7

Люси действительно дрожала, только причиной был совсем не холод, а скорее жар, лихорадивший ее от близости Константина.  Впрочем, и сама девочка не могла понять  свои ощущения до конца, ведь все это для нее было ново. Ничего подобного раньше не случалось, так что Люси предположила, что могла подхватить простуду и теперь ее именно поэтому бросает в жар и поэтому она дрожит. Но если это возможно было объяснить, то другие чувства, которые в ней пробуждались при одном виде Константина, не говоря уже о его близости, она объяснить не могла.
Сейчас же чем больше Константин тер предплечье, тем сильнее она начинала дрожать, а когда он провел рукой по спине, то вздрогнула. Каждое его прикосновение было как обжигающий огонь.
- Спасибо, - тихо, произнесла Люси, стараясь, чтобы не звучало в голосе волнение. Ложиться она не стала, но подняла ноги на кровать, слегка согнув их в коленях. Взяв одеяло, укуталась в него, так что виднелась только голова и пальчики, державшие одеяло. Сердце наполнилось какой-то непонятной радостью, такой волнительной. Сейчас было хорошо, и она переставала дрожать, опять же ошибочно приписывая это одеялу, а не тому, что к ней больше не прикасался мужчина, что сейчас пытался разжечь камин. Люси украдкой за ним наблюдала, а каждый раз, когда он смотрела на нее, опускала взор и делала вид, что сосредоточенно поправляет одеяло, кутается в него. Когда ставни были закрыты, а в камине горел огонь, то в комнате стало сразу намного уютнее, а главное, что в ней был тот, с кем Люси так давно желала остаться наедине, просто поговорить, когда им никто не мешает. Она каждый раз перед сном представляла, как это будет, что она скажет, как улыбнется. Только вот сейчас все напрочь вылетело из головы, и это расстраивало немного.
- Нет,  спасибо, я не голодна, - Люси сделала небольшую паузу, слегка нахмурившись. В комнате теперь было светло, так что темнота уже не могла быть помощницей в сокрытие эмоций. Причиной было то, что Константин усомнился можно ли ей вино. «Он считает меня ребенком!» - запальчиво подумала девочка и чуть упрямо привздернула подбородок.
– А от вина я не откажусь, мне его можно, я же не ребенок, мне четырнадцать лет, - сказала она это с таким торжествующим видом, и так словно ей уже было лет тридцать или будто она хвасталась какой-то наградой. В такие моменты Люси по сути своей ребенок, который все же хотел, чтобы его считали взрослым, выглядела крайне умилительно. На самом деле она и вина не хотела, но вот это ее чувство упрямства, которое скрывалось внутри и главное желание доказать Константину, что она не ребенок, были сильнее.
Ожидая пока ей нальют вина, Люси взглядом обвела комнату и остановила его на мужчине, чей покой она потревожила, но сейчас была даже этому рада, ведь кто знает, когда они еще смогут вот так побыть наедине.
- Как прошел ваш день, Константин? А то мы с вами виделись, но поговорить не удалось, - смущено улыбнувшись, она перевела взгляд на огонь в камине, мысленно отвесив себе подзатыльник. «Нет, ну нашла что спросить. Как прошел день? Да лучше вопросы ты, Люси, придумать не могла».

+1

8

- Ах, ну если четырнадцать уже – рассмеялся мужчина, протягивая руку ко второму бокалу. Этот бокал был его жены, но сейчас он сиротливо пустовал на подносе. Слуги не знали, вернется ли Алиса к вечеру домой или нет, поэтому принесли ужин на двоих, но голодный оборотень съел практически все один. Мужчина налил в него вина, практически до краев, чтобы уж наверняка, заодно подлил и себе. Взяв оба бокала в руки, Тин обернулся к кровати.
- Да уж, нам никогда почти не удается поговорить, все время кто-то мешает – он неспешно присел рядом с Люси, протягивая ей бокал вина. – А день мой прошел не очень, весь день на охоте, в лесу. Жарко и душно, устал – поморщился Константин, делая большой глоток. Что примечательно, это было то же вино, какое он распивал в лесу два года назад с нынешней правительницей Горного Королевства. Тогда оно помогло их сблизить, и Константин надеялся, что оно поможет и сейчас приблизиться ему к соблазнительному тельцу. Константин сам не понимал, почему так просто смог отодвинуть в сторону свою дикую любовь к Алисе, его разумом владела лишь похоть и желание, которым он не мог сопротивляться, потому что это было сильнее. Оборотень никогда не любил и не знал, что такое быть верным до того времени, как женился. Сам же рвал и метал, когда еще нелюбимая жена спала с другим, а сейчас и он на грани того, что стянет одеяло с Люси, задерет ее полупрозрачную сорочку и сделать похабное дело. Отведя взор, он попытался вновь приободрить девочку
- Жил-был один король, очень жадный и деспотичный. Он хотел стать самым могущественным и богатым на материке. Поэтому в его королевстве были очень жестокие порядки. И однажды, когда казна стала пустеть, он ввел налог на воздух. Запуганный народ не смел воспротивиться. Пару лет так и жили. Потом казна стала вновь пустеть и озверевший сумасшедший король издал еще один указ. Собрал всех и начал зачитывать. В указе было так: «После того, как был введен налог на воздух, вы стали меньше дышать. Это возмутительно» - подражая голосом какому-то королю из прошлого - «Всвязи с этим вводится новый налог на осадки. За простой дождь – 10 золотых. За проливной дождь – 20 золотых. С громом и молниями – 50 золотых» - дорассказав историю, мужчина рассмеялся. Константин хотел потянуть время, пока Люси допьет свой бокал вина. – А как твои дни? Ты не скучаешь? Особенно с этим занудой Энрике.
Мужчина ненавязчиво придвинулся еще ближе к девочке. Если все пойдет так, как нужно, то вскоре она захмелеет, раскрепоститься и разоткровенничается. «То, что сейчас нужно»

+1

9

Люси бы нахмурилась и может даже обиделась, если бы при других обстоятельствах кто-то посмеялся над тем, что она сказала серьезно, над ее возрастом. Но в случае с Константином, лишь улыбнулась. Не могла она обижаться на него, тем более что его смех всегда ее скорее завораживал, тем как преображает лицо мужчины.
- Видимо, в этой ужасной грозе, есть что-то хорошее, - чуть смущено произнесла Люси, протягивая обе ручки, обхватившие  вскоре пальчиками  бокал осторожно, чтобы не разлить вино, которое Константин щедро налил едва не до краев. Она поднесла бокал к губам. Пухлые яркие девичьи губки чуть обхватили край бокала, и Люси сделала глоток. Вино обожгло горло, так что она едва не закашлялась. Константин не преувеличивал, когда говорил о крепости этого напитка.  Чуть приоткрыв ротик, Люси вдохнула воздуха спасительного и в очередной раз ощутила, что загорелись ее щечки, при  мысли, что Константин мог все это действо с вином наблюдать, но именно в этот момент он отвел взор. Одеяло чуть распахнулось, и теперь было накинуто просто на плечи, а из-под него виднелась светлая сорочка.
Вам нужно себя беречь, Константин, - в голосе скользнули нотки заботы бесхитростной, как свойственно детству и юности. -  Хотя я люблю жару, но не духоту, а в лесу все же, наверное, хорошо, - Люси чуть мечтательно прищурила глаза и с этим же выражением начала слушать сказку, постепенно взгляд становился заинтересованным. Она не спеша пила вино, которое словно помогало справиться со смущением и робостью и незаметно ударяло в голову с непривычки. Когда сказитель  стал подражать голосу короля, то Люси звонко рассмеялась, а в конце деловито добавила
- Я бы скорее заплатила за то, чтобы грозы и молнии не было, - все еще посмеиваясь, Люси сделала очередной глоток. Во взгляде появился тот самый блеск, какой можно увидеть в глазах человека, что начал поддаваться действию алкоголя.
- Мне их скрашивает мой кот Маркиз, - Люси тепло улыбнулась, когда вспомнила своего любимца, который мирно спал в ее комнатке. Именно с Маркизом она частенько разговаривала по вечерам. Благодаря артефакту, доставшемуся от матушки, девочка могла вести подобные беседы. – Энрике, - Люси чуть поморщила носик, от чего выражение лица стало довольно забавным. Алкоголь делал свое дело, стеснительность утихала, а разговорчивость просыпалась. – Он просто ужасен, шагу не могу  без него ступить, иногда кажется я задыхаюсь. Но он просто указания выполняет, этой проклятой, - вздохнула Люси и прикусила губу, сболтнув лишнего, поэтому попыталась сразу продолжить разговор, отводя в сторону то, что сорвалось с губ.
– А дни вообще довольно однообразно, - выпалила Люси и тут же, поняла, что прозвучало это невежливо. Еще подумает Константин, что она неблагодарная девчонка. Они с Алисой ее приютили, а она еще и жалуется.
- Ой...простите, я не то хотела сказать…т.е. мне все нравится и не подумайте, что я вам с Алисой не благодарна. Очень благодарна, - Люси запуталась в собственных мыслях и чуть нахмурилась, даже не заметив, что во время своей этой сбивчивой речи сжала своими пальчиками руку мужчины в волнении.

+1

10

Как ему нравилась ее забота, аж до болезненного сжимания сердца. Константин не переставал внутренне сотрясаться от желания заглянуть под ее сорочку, которая теперь выглядывала из-под одеяла, дразня воображение голодного оборотня. Тин слушал ее щебетание и наслаждался ее обществом, которому ничего не мешает. Чудесный ребенок, как же хочется ее обнять. Константин уже казался себе одержимым и околдованным ее чарами, не способный думать ни о чем кроме Люси. Внезапно ее размеренный восхищенные рассказы сменились тревожным щебетанием, и Тин поспешил успокоить желанную ночную гостью:
- Да перестань извиняться, - рассмеялся мужчина, с удовольствием отмечая на своей руке пальчики девочки. Более того, он позволил себе пойти дальше – взяв ее ладошку в свою, переплетая пальцы, Тин сделал большой глоток, чтобы не так акцентировать внимание Люси на руках.
Он уже заметил масляный блеск в глазах Люси. О, да. Если Константин начинал просто расслабляться, то молодой организм Люси, непривычный к крепким спиртным напиткам, просто пьянел.
«Еще немного и мне можно не прикладывать сил, скоро у нее итак будет смелость литься через край» мужчина улыбался, пока за окном очередной раскат грома сотрясает воздух и стены дома. В его голове крутилось множество мыслей и почти все они каким-то образом касались его жены. Воспоминания все время возвращались к ее изменам в самом начале их семейной жизни. Да, сейчас Алиса таяла в объятиях своего мужа, но тогда три года назад она по-настоящему любила Лорда и отдавалась ему с тем же трепетом, с каким отдавалась сейчас Константину. Возможно, Тин оправдывал сам себя в этом желании обладать юным телом племянницы его жены, а,может, непроизвольно мстил за прошлое.
«Я ее по крайней мере не люблю…» отмахнулся мужчина, придвигаясь еще ближе.
- Я прекрасно понимаю, как может быть скучно молодой девушке. Хочется общения и мужского внимания, так? – Константин начал говорить тише и медленнее, сворачивая разговор в нужное русло. Пальцы мужчины начали поглаживать ладошку Люси, едва касаясь.

+1

11

Первая влюбленность, какое это приятное чувство, что кружит голову сильнее любого алкоголя. Именно, когда это чувство только чуть касается юного сердца, оно еще не понимает его.  Первая влюбленность это словно первый урок, когда человек учится. Вот и Люси сейчас училась, училась понимать новые для нее чувства. Но как и в любой учебе невозможно понять все, если у тебя нет более опытного наставника. Кто же должен был стать наставником Люси? Конечно, чаще всего наставницами становятся матушки или ближайшие более сведущие родственницы, более реже, может быть, отец или кто-то из мужчин, если нет мудрой женщины рядом. Однако Люси была лишена всего этого. Не говорила ей матушка что и как. Что это за странное чувство, что сжимает сердце, а внутри все горит, стоит лишь одному единственному мужчине на тебя посмотреть или улыбнуться, а может ненавящево прикоснуться. Для Люси таким мужчиной стал Константин, но она еще не знала, что это за чувства и ощущения терзают ее. Почему ей так хочется, ощущать его прикосновения, от которых в тоже время она словно вся дрожит? Почему ей достаточно просто увидеть его издали и тогда весь день она ходит с мечтательной улыбкой на губах? Почему перед сном она засыпает с его именем на устах? Более знающий человек ответил бы, что маленькая Люси влюбилась.
Вот и сейчас сидя с ним в комнате, Люси ощущала себя одновременно и самой счастливой и самой взволнованной. Ей все время не хотелось сделать какую-то глупость, наоборот хотелось преподнести себя в лучшем свете, чтобы только он смотрел на нее, улыбался и говорил с ней. Алкоголь тоже делала свое дело. Люси раскрепощалась, а голова немного стала покруживаться, но совсем легко. Ей стало не так стеснительно, напротив, волнительно и приятно. А от смеха Константина сердце чаще забилось. Его смех он словно находил отголоски в душе девочки, что взирала на мир еще наивно, но в тоже время так, как смотрит та в ком пробуждается женщина.
Он сказал, чтобы она перестала извиниться и Люси согласно кивнула, в следующее мгновение ощутив, как Константин взял ее ладошку в свою и их пальчики переплелись. Такая большая и сильная рука, а в ней хрупкая небольшая ручка, которую можно раздавить одним неловким движением. Сердце трепетало, а дыхание становилось более прерывистым. Было ощущение, что в горле все пересохло, так что Люси поднесла к губам бокал и допила остатки вина, ощущая, что ее еще сильнее бросило в жар.
- Не совсем так, - ответила Люси, глядя блестящими от восторга и алкоголя глазами на мужчину, что был для нее прекраснее всех на свете. Сколько раз она в фантазия представляла, как он ее спасается, как они вместе танцуют на балу, как бродят, держась за руки, под сенью деревьев, как вместе смотрят на звезды, как он ее обнимает и как он ее целует. Ей не нужно было общение чье-то, не нужно мужское внимание.  Ей нужно было только общение с ним и его внимание, о большем пока Люси и не смела думать, а точнее просто не могла, потому что не знала, что есть еще что-то большее, что-то что делает людей единым целым. Разум опьянел. Не настолько, чтобы совсем потеряться, но на столько, чтобы с губ могли слететь откровения, которые в любой другой день она бы просто не решилась озвучить. Но ведь не зря говорят «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке», а тем более если захмелел, по сути, еще ребенок.
- На самом деле мне хотелось общения с Вами и Вашего внимания, Константин, - Люси ощутила, что от такой дерзости ее щечки просто вспыхнули, а сама она чуть потупила взор, где-то в подсознании, может быть, коря себя за несдержанность. Но как известно, вылетевшего слова не воротишь. Ощущение же легкого поглаживания на ладони, как-то умиротворяло, пальчики чуть подрагивали иногда, и Люси сама себя уже почти убедила, что ничего страшного не произошло, она ведь всего лишь сказала то, что было на сердце и от этого даже стало немного легче.

+1

12

Оборотень чуял ее волнение, малышка вся тряслась, но при этом распространяла такой сладкий запах, что у Константина чуть у самого голова не закружилась. Он вновь чувствовал себя, как несколько лет назад, такой же голодный, страстный, с блестящими глазами ласкающий девочку.
Совсем забытые чувства охотника, а не домашнего кота просыпались, делая совсем неважным наличие жены и двоих детей. Однако, кое-что в нем изменилось кардинально –он ни за что не обидит эту нежную ночную нимфу.
Тин внимательно смотрел на Люси, пока та чуть ли не залпом выпила остатки вина, а затем и сам осушил свой бокал.
«Ты прелесть, надеюсь, что это для храбрости» мужчина высвободил бокал из пальчиков Люси и поставил на пол. При этом он наклонился к ней, так что касался дыханием ее губ.
- Мое? – притворно удивился мужчина, но в дальнейшем оставил попытки делать вид, что ничего не знал и не понимал. Однако. Своего положения не изменил, все также находясь очень близко от лица девочки.
О боже! Как же можно было отправить это дитя к нему? Как можно было оставить хищника с маленькой птичкой наедине? Знал бы ее отец, какие мысли лелеял Константин, когда вот так близко сидел рядом с его дочерью, никогда бы не отпустил ее от себя, да еще бы и голову открутил оборотню.
Глядя на красноту этих щечек, Константин вновь начал задыхаться от нежности. Теперь уже не так хотелось рвать на ней одежду и терзать в сладострастных объятиях, хотелось просто обхватить руками ее хрупкие плечики, прижать к себе и никогда не отпускать . Алкоголь тоже сказывался на мужчине, и тот уже с радостью готов был сделать первый шаг.
-Ты забыла, что мы с тобой договорились обращаться друг к другу на ты, мм? – промурлыкал Кот, наклоняясь близко-близко к Люси и, наконец, срывая с губ, возможно, ее первый поцелуй. Нежный осторожный и трепетный. Сердце замерло, от чувств, рвущихся наружу, но так тщательно удерживаемые мужчиной, что аж кончики пальцев начали дрожать. Одна рука уже скользнула под одеяло, обнимая девочку, а вторая прикоснулась к ее щечкам. Мужчина, не отрываясь от Люси, бережно уложил на кровать.
- Такого внимания ты хотела? – Рубикон пройден, обратного пути для Константина нет, только вперед к полному обладанию телом юной нимфетки. Рука сама скользнула вниз, прошлась по ножке и пальцы, цепляясь за ткань начали задирать сорочку, которая весь вечер раздражала мужчину.

+3

13

Могла ли думать Люси, что сегодняшняя страшная ночь, когда за окном слышны были раскаты грома и сверкали молнии, станет для нее такой долгожданной. Она лишь только робко мечтала обо всем, что сейчас здесь происходило, но на самом деле даже не надеялась на что-то подобное, ведь Константин был женат, а сама Люси, хоть немного ревностно, но все же хорошо относилась к Алисе. Однако сейчас было забыто все. Казалось, что за стенами этой комнаты мир просто перестал существовать.
Сердечко девочки замерло, когда она ощутила на своих губах опаляющее дыхание мужчины, о котором грезила даже наяву. Казалось, Люси даже перестала дышать. Она не решалась поднять взгляд, словно подсознательно ощущая, что если падет эта преграда, то уже не будет дороги обратно. Зачем он переспрашивал, да еще так словно удивлялся? Если надеялся, что Люси почувствует себя неловко, то ему это удалось. Но так же при вопросе в одно слово Люси словно по мановению волшебной палочки подняла глаза и их взгляды встретились. Именно в этот момент Люси из Нейтсмита навсегда пропала в этих синих глазах, роднее которых в будущем для нее не будет. Сейчас же она смотрела на него как завороженная, не в силах оторвать взора. Он был словно удав, что гипнотизирует свою жертву. Всего ничего разделяло их. Люси по-прежнему сжимала его руку, но в этот момент, мужчина мог ощущать, как подрагивают ее пальчики от волнения.
- Это все так ново, что и про прежние договоренности я забыла, - честно призналась Люси, наблюдая, как Константин становится все ближе к ней. Сейчас она была еще более бесхитростной, чем прежде. И в этот момент его губы коснулись ее. То, о чем она мечтала, становилось явью. Ее первый поцелуй такой нежный и осторожный. Константин сделала все, чтобы не напугать ее, напротив лишь пробудить еще сильнее то чувство совершенно новое для Люси, которое подобно пожару постепенно охватывало ее. Сердце забилось так часто, что казалось сейчас вырвется из груди. Ее губки нерешительно, неловко ответили на прикосновение губ более опытного мужчины. Люси прикрыла глаза, потому что ей казалось, что весь мир вокруг завращался с бешенной скоростью. Она замерла, прислушиваясь к новым для себя ощущениям. Вывод был один, ей понравилось, хотелось еще и еще ощущать прикосновение его губ. Что с ней творилось, она не могла понять. Было ли то действие вина, или, быть может, исполнение давних мечт пьянило еще сильнее, а возможно это было все и сразу? Прикосновения рук, вызвали легкую дрожь, что прошла по телу волной. Люси распахнула глаза, когда оказалась лежащей на кровати, а до этого было ощущение, что она падет в пропасть, так что одна рука, словно в спасении,  легла на плечо Константина. Одеяло распахнулось и теперь лежало под Люси.
- Об этом я и не мечтала, точнее только лишь мечтать могла, - в очередной раз правдиво ответила она, слегка робко и в то же время горящим взором смотря на мужчину что был над нею.  Дыхание слегка сбилось. Конечно, Люси и не предполагала, что дальше будет еще что-то. Все ее фантазии всегда ограничивались объятиями и поцелуями. Именно поэтому, когда рука Константина прошлась по ножке, а потом стала задирать сорочку, Люси чуть вздрогнула, и в этот момент в ее взгляде был не страх, всего лишь удивление в самом чистом виде, так смотрит ребенок на что-то доселе ему незнакомое. А к удивление приписывался блеск неосознанного желания. И ее вопрос был таким же наивным и полным непонимания
- Что ты делаешь? – Прерывисто выдохнула она, замерев.

+3

14

Он падал все дальше и дальше в эту пропасть измены, но ничего не мог поделать. Честно сказать, Константин и не хотел ничего делать. Обида на жену до сих пор грызла его душу, а желание мести давно поселилось в голове мужчины. Вот теперь перед ним прекрасная возможность не только отомстить за унижения Алисе, но и самому насладиться. Давние желания и пристрастия полностью овладели им. Люси даже превосходила Стаси. Ни юная игривая Стаси, ни любящая (теперь) жена Алиса не были даже близко похожи на Люси, тут даже и думать не нужно. Девочка была такой невинной, наивной, робкой и постоянно краснеющей от любого его взгляда, но скрывающей в своей головке очень разные мысли - все те качества, которые бы запросто моглаи свести с ума любого мужчину. В особенности того, кто еще страдал от страсти к юным девушкам. Подумать только, ей же уже и замуж пора! Но ведь она такая юная, неопытная, да еще и такие вопросы задает. Константин улыбнулся, остановившись чуть выше колена.
- Необычные ощущения, да? – улыбаясь, тихо спросил мужчина. Он мог представить,  что сейчас творится в душе Люси, у него уже был подобный опыт, и именно поэтому он не спешил сейчас. Да и торопиться не хотелось. Столько времени мужчина ласкал девочку глазами, что сейчас вдвойне приятно прикасаться к ней, гладить теплой ладонью ее кожу, наблюдать за тем, как сам же раздевает ее. – Я все понимаю, милая, - шептал Константин. Осторожно целуя Люси в щечку, - это делают все мужчины и женщины, когда оказываются в ситуации, похожей на нашу. Я надеюсь, что ты меня не боишься теперь и не боишься своих тайных желаний, которые теперь исполняются?
Оборотень прерывисто дышал, ощущая тонкий аромат возбуждения его ночной гостьи и лишаясь остатков рассудка.
Боже, если им сейчас ничто не помешает – все закончится их близостью.

+1

15

Трудно дышать, сердце, кажется, бьется уже в ушах, жарко, все тело горит, голова идет кругом, а душа поет. Вот именно всю гамму этих чувств испытывала сейчас Люси. Если бы у людей могли вырастать крылья, то у нее они бы сейчас появились и она вместе с мужчиной, в глазах которого в этот момент сосредоточен весь мир, взлетели. Признаться, Люси до сих пор не верила, что это все происходит наяву, что это не сон. Необычные ощущения? О да, тысячи и миллионы раз да. Ничего подобного ранее она не испытывала и даже не знала, как эти чувства называются.
- Ни на что не похожие, - тихо выдохнула Люси. Зачем лгать, если Константин и так все, наверное, знает. Она ведь не очень умела лгать, а сейчас просто не было сил что-то скрывать или сказать неправду. Люси под действием то ли алкоголя, то ли новых ощущений была подобна раскрытой книги. Она смотрела на Константина и боялась пошевелиться, боялась вздохнуть, словно этот мужчина был миражом, который растает от неловкого движения. Она ощущала жар его руки там, где до этого ни один мужчина к ней не прикасался. И с волнением думала, что рука Константина может продолжить свой путь и коснется самых сокровенных мест. От одной мысли лицо заливалось краской, но в тайне было неосознанное желание, чтобы все так и было. Он же прерывисто дышал,  шептал и прикасался к щеке. Но Люси мечтала, чтобы он вновь коснулся ее губ, уж очень ей понравился поцелуй. От этого его «милая» сердце учащенно забилось, а на губах появилась улыбка счастья, пусть и смешанная со смущением. С губ едва не сорвался глупый вопрос: «А в какой мы ситуации?». Но Люси вовремя прикусила нижнюю губу. Больше всего она боялась, что Константин посчитает ее глупой, что потеряет к ней интерес.
-  Я не боюсь тебя и того о чем мечтала, но это так…- Люси осеклась подбирая нужное слово, - так волнительно. – Показалось, что она сказала глупость и от этого бросило в жар, а может от того, что она осмелела немного и ее рука, что до этого замерев, лежала на плече мужчины, слегка скользнула в сторону шее, а потом вспорхнула подобно бабочке. Пальчики хотели коснуться его щеки, но Люси чуть одернула руку, словно не решаясь. Мгновение и вот она нерешительно, едва ощутимо касается щеки Константина и улыбается, как может улыбаться ребенок, который добрался до того чего так давно жаждал.

+1

16

Константин закрыл глаза, когда пальчики Люси коснулись его небритой щеки. Сейчас он невольно подумал о том, что щетина могла вызывать неприятные ощущения, когда касалась нежной светлой кожи девочки, но решил, что это лишь прибавляет страсти и дает понять Люси, что это все не сон и не мираж. Повернув голову, Тин поцеловал тонкие пальчики и улыбнулся, его рука, до сих пор покоившаяся на бедре, вновь начала движения. Поглаживания стали чуть выше, но по-прежнему не достигая самых желанных мест.
Мужчина вновь наклонился и поцеловал Люси, но поцелуй стал чуть глубже и требовательнее, не такой нежный как в первый раз. Константин уже почти не сдерживался, Люси была прижата им к постели, и мужчина хотел получить ее всю.
Вот о такой первой брачной ночи он мечтал, полной нежности, любви, осторожных ласк, мимолетных поцелуях, робких несмелых прикосновений. Константин еще долго мог перечислять  то, чего ему хотелось. Но точно не хотелось грубости, криков, истерик и изнасилования, что были с Алисой.
Когда от поцелуев уже стало трудно дышать, оборотень с тихим рыком выдохнул, нависая над Люси. Тин решил переходить к активным действиям. Сейчас он обратил внимание на то, что ночная сорочка Люси застегивалась на пуговки. Ох, еще одна маленькая страсть. Последний раз скользнув ладонью по ножке, Константин убрал руку и занялся верхней пуговицей.  Он отчетливо слышал, как часто стучало ее сердечко, как она часто взволновано дышит. Вот о чем мечтает мужчина, когда его ласки желанны и вызывают сладкую дрожь. Тин был уверен, что если бы они сейчас стояли, то у Люси дрожали бы коленки, и она могла бы запросто упасть. Как хорошо, что она уже лежит, зажатая между колен оборотня. Губы мужчины коснулись впадинки между ключиц, и Тин опускался поцелуями все ниже с каждой расстегнутой пуговкой. Пуговица в районе груди он расстегивал уже дрожащими от нетерпения пальцами. Константин не стал сразу распахивать сорочку, лишь слегка раздвинул, чтобы поцеловать, оставив сокрытым самое интересное. Целуя низ животика девочки, мужчина, наконец, расстегнул последнюю пуговицу и приподнялся. Теперь можно… Положив ладони на живот, Тин развел их в сторону, легкая ткань соскользнула с тела Люси. Константин невольно простонал. Она прекрасно сформировавшаяся девушка, хоть не до конца и в ее облике еще проглядывалась девочка, но она была потрясающей. Особенно долго взгляд мужчины задержался на небольшой груди красивой формы, с нежно-розовыми напряженными сосочками.
- Ты прекрасна – выдохнул мужчина, поедая взглядом обнаженное хрупкое тело Люси. Рука скользнула между спинкой девочки и ее расстегнутой сорочкой, сев на кровати, притянув к себе Люси и целуя ее плечико и шею, окончательно избавил от одежды. Ткань сорочки скользнула по ее рукам.
- Ты доверишься мне? – прошептал мужчина, обжигая дыханием кожу девочки, пальцы гладили изгиб ее спинки, поглаживали лопатки и вновь устремлялись вниз. Теперь шаг за Люси, если она выскажет хоть капельку сомнения, то Константин остановится, а пока… Подняв вторую руку, мужчина слегка сжал ладонью грудь Люси.

+1

17

Когда пальчики Люси коснулись щеки Тина, то она ощутила легкое покалывание. Однако это было приятно, как, впрочем, любое прикосновение к тому, о ком так долго грезило это дитя. Когда же вместо щетины она ощутила прикосновение горячих губ столь желанных, то пальчик чудь дрогнули от волнения. Мысли практически все уже оставили девичью головку, были только чувства и ощущения, что кружили. Люси потеряла счет времени, ощущение места, ее ничто не заботило кроме Тина, его прикосновений и волнительного ожидания «А что же дальше?». Каждое движение мужчины, каждое его прикосновение, каждое ощущение девочки, неизведанное чувство – все это раз за разом открывало для Люси что-то новое. Она узнавала шаг за шагом, о чем до этого момента и не имела представления. Да, сестра как-то в общем говорила о том, что бывает между мужем и женой, мужчиной и женщиной, но Люси тогда еще ничего не понимала, да и не для детских ушей были бы подробности.
Сейчас же лежа на кровати, с волосами которые разметались на покрывале, горящими от смущения щеками, и горящими глазами от желания, которое только зародилось в глубине и не было осознаваемо Люси, она замирала, боясь сделать что-то не так, просто не зная, что делать и впитывая каждое прикосновение, каждый вздох Константина. Вот и рука, которая скользнула выше, заставила Люси впасть в оцепенение, хотя внутри разгоралось настоящее пламя.
Поцелуй такой долгожданный, но уже иной: более требовательный, более глубокий. Люси прикрыла глаза и лишь следовала интуитивно своим желаниям и немного повторяла движения более опытного Тина.  Просто утонув в поцелуи, девочка выпала из реальности совершенно. Хотелось ощущать желанного мужчину каждой клеточкой своего тела. И поэтому ее тело стремилось к его телу, жар которого Люси ощущала, зажатая между Тинном и кроватью.  Воздух уже давно закончился, но губы его они словно дарили второе дыхание. Девочка даже не сразу открыла глаза, когда закончился поцелуй. Но вот темные ресницы чуть дрогнули, открывая Константину глаза, которые напоминали ночное небо с горящими звездами, так и сейчас сияли глаза Люси. Сердце чуть учащенyее забилось, готовое выпрыгнуть из груди, когда руки мужчины устремились к верхней пуговичке. Пока была одежда, то Люси не испытывала стыда, лишь волнение и смущение, но стоило лишь представить, что Тин увидит ее обнаженной, как девочка вспыхнула с новой силой и ручка непроизвольно накрыла его руки, словно останавливая. Глупое движение, за которое Люси тут же себя укорила и убрала ручку, позволяя мужским рукам продолжить начатое. «Он ведь знает, что делает» - успокаивала себя она. Ей казалось, что все тело сотрясает дрожь от волнения, но когда губы коснулись впадинки между ключицами Люси, словно пронзил небольшой разряд, а с губ едва не сорвался стон, но девочка вовремя прикусила нижнюю губу, почему-то ей хотелось от волнения и стыда лежать тихо, как мышке, хотя тело ее не было обременено стеснениями и откликалось на малейшую ласку, тем самым открывая чувственность этой еще только рождающейся девушки, а потом и женщины. Константин опускался все ниже, а тело выгибалось под его поцелуями, стремясь ему на встречу. Но он не спешил снимать одежду, и это немного успокаивало Люси, но длилось сие недолго. Расстегнута последняя пуговичка, обжигающие руки ложатся на животик, и Люси шумно вздыхает. Как еще она не лишилась чувств, было неизвестно, а тем временем его руки скользнули в стороны и последняя преграда, за которой пряталась девочка, рухнула. Желанием Люси были прикрыться руками, и они уже дернулись к груди, дабы скрыть, но услышав стон Константина и увидев его взгляд, такой каким он никогда на нее не смотрел и каким смотрел иногда на Алису, Люси не знала как назвать этот взгляд – взгляд страсти и  неприкрытого желания, девочка не стала прикрываться, а лишь сжала пальчиками одеяло, сильнее прикусила нижнюю губу и смущенно потупила взор, но его слова заставили на губах появиться легкую улыбку. Он считал ее прекрасной, и детское ликование наполнило сердечко, а фантазия уже рисовала прекрасные картины. Люси была взволнованна, смущена, горела неосознанным желанием, но прежде всего она была счастлива. Она даже не сразу поняла, что в следующее мгновение оказалась сидящей на постели и без ночной сорочки. Стараясь скрыть смущение, которое вызывал взор Константина, Люси прижималась к нему телом и подрагивала от прикосновений рук и губ. Ее ручки слегка  приобняли его и лежали на плечах, так словно Люси боялась упасть или отпустить Тина. Он спросил, а ответило ему прежде сердце, удары которого он сейчас мог отчетливо слышать
- Да, полностью, - волнительно, страшно. Люси нерешительно коснулась губами шеи мужчины, словно решив, что если ей приятны такие прикосновения, то и ему, наверное, тоже будет приятно. Девочки же хотелось, чтобы Тину было так же хорошо как и ей.  И самое приятное, что в стремлении доставить удовольствия Тину, Люси и для себя находила огромное удовольствие и радость. Просто она не знала, как можно это самое удовольствие доставить желанному мужчине. Ответом  на заданный вопрос был и стон, что все-таки сорвался с губ Люси, когда рука Тина сжала ладонью грудь, и девочка чуть прогнулась назад, на мгновение, прикрыв глаза. Но этого своего стона испугалась Люси. И прикусив губу, полными испуга глазами  через секунду она смотрела в глаза Тина, который был рядом настолько, что она ощущала его обжигающее дыхание.
Только я совсем глупая, но я не знаю, что нужно делать. Хотя я очень хочу. Чтобы тебе было приятно. – И от этого стало стыдно еще сильнее, так что Люси опустила взор, не решаясь больше смотреть в глаза мужчины, боясь увидеть в них разочарование, боясь, что он ее оттолкнет, а, пожалуй, больше смущения ее терзал страх того, что Тин сейчас все прекратит, а распаленная Люси не знала как потом обрести покой.

+1

18

Его восхищение телом Люси, похоже, помогло ей преодолеть еще одну ступеньку смущения перед первым мужчиной, которой видел ее обнаженной. Ее ручки уже сами обнимали Константина, она дарит ему еще робкие поцелуи, но она уже идет навстречу партнеру, стараясь доставить удовольствие.
- Главное твое желание, остальное я сделаю сам – успокоил Тин Люси, пытаясь заглянуть в глаза. Его приводил в восторг этот детский, наивный, преданный взгляд, полный доверия.
Ах, Люси,  Люси, бедная девочка, познающая первую любовь с женатым взрослым мужчиной, да еще и таким как Константин. Очень будет жаль, если юный прелестный ангел узнает, что движет мужчиной не светлая и чистая любовь, а всепоглощающая безумная страсть и дикое желание близости с очень юным нетронутым телом.
Алиса была прекрасной женой и страстной любовницей, но после двоих детей она, к сожалению, уже не та, что была раньше. Их любовь горела ярко и горячо, Алиса  стала спокойная, мягкая, любящая мужа и детей хранительница очага, но прошлое давило на них обоих.
А Люси… глоток свежего воздуха, который отрезвляет, дает новые силы и просветляет разум. Главное, чтобы Алиса ничего не узнала и не заподозрила неладное в  новых ласках своего мужа и вновь проснувшейся нежности. С мимолетным воспоминанием о жене, к Константину пришло ощущение того, что Алиса стоит в дверях и наблюдает за всем, что происходит в их спальне.
Воспользовавшись передышкой между поцелуями с Люси, тин обернулся, скользнул  взглядом по двери и камину, чтобы убедиться, что позади никого. Действительно в комнате были только двое – он и его любовница. Посмотрев вновь на Люси, Тин улыбнулся
- Камин почти прогорел, во тьме всегда и происходят самые интересные события – сказал он, чтобы скрыть свое мимолетное беспокойство.  – Ложись и ни о чем не беспокойся – поцеловав за ухо, Тин слегка толкнул ладонью девочку, одновременно показывая, что от нее сейчас требуется и что отказ неприемлем.
Вновь уложив любовницу на спину, Константин, понимая, что на его плечах большая ответственность, возобновил ласки, но уже иного характера. Его рука прошлась по груди  Люси, на мгновение сжав ее, она продолжила путь по животу и пальцы проникли под ткань единственной части одежды, которая осталась на любовнице, и Тин начал стягивать и ее. Разомлевшая от алкоголя и возбуждения девочка не выказывала сопротивления, и мужчина, оставив поцелуй на ее шейке, опустился губами к ее маленькому жесткому сосочку. Неспешно, наслаждаясь своими ощущениями и подрагиванием любовницы, он ласкал ее языком и изредка осторожно прикусывал губами. Рука так же медленно стягивала с Люси белье. Когда ее трусики оказались на коленочках, мужчина оставил влажный сосок и опустился ниже. Представляя какой вихрь чувств сейчас охватывает девочку, Константин выдохнул, прижимаясь щекой к животику Люси и окончательно раздевая ее, лишив последней защиты.
Окончательно избавившись от наваждения и ощущения слежки, мужчина провел ладонями по внутренней стороне бедер и раздвинул ножки девочки, чтобы устроиться между ними.
Остановившись на секунду, оборотень втянул нежный запах девочки и едва громко не простонал. Он все прекрасно видел в полумраке комнаты, но Люси этого не знала, и Тин надеялся, что это ее немножко успокоит. Мужчина любовался нежным нетронутым бутоном юной любовницы, но как голодный зверь, но Константин не мог долго выдерживать соблазнительный манящий запах. Одержимый желанием доставить Люси еще больше удовольствия, он припал губами к уже влажному лону, его язык заскользил по узенькой щелке, двигаясь вверх и вниз. Руки мужчины крепко сжимали ее бедра, давая возможность Константину полностью насладиться вкусом любовницы.

+1

19

Уверенность Константина, его понимающий и такой ласковый голос, придавали смелости и уверенности еще больше и самой Люси. Это было так, словно она тонула в озере, нервничала, барахталась, а потом просто расслабилась и успокоилась и теперь неспешно раскачивается на водной глади, ощущая как вода приятно ласкает ее тело. Он заглянул ей в глаза, которые она смущенно прятала и в купе со словами, этим взглядом, который словно гипнотизировал, Люси расслабилась, отдаваясь полностью прикосновению его рук и его губ. Она целовала его так, что воздуха совсем не оставалось, забывая обо всем. Потонувшая в поцелуях, обнимающая за шею, чтобы не упасти от головокружения, девочка и не увидела взгляда мужчины, направленного в сторону двери. Если в его мыслях была еще жена, то в мыслях Люси был только он, да и самих мыслей уже почти не было, были только чувства и ощущения. Она буквально задыхалась не только от поцелуев, но и от любви и нежности, что сейчас переполняли девочку, которая еще несколько часов назад и не представляла, что есть в мире что-то подобное, такое чудесное, упоительное и невероятное. Не зря говорят, что первый мужчина никогда не забывается, а такого мужчину, полного нежности, любимого мужчину, тем более будет трудно забыть. Люси сейчас вообще казалось, что Тин это ее единственный мужчина, ей не нужен был никто. Детская наивность, доверчивость сделали свое дело. Первая ласка и нежность, за которыми скрывались лишь страсть и желание обладать, воспринимались как проявление любви.
«Во тьме происходят самые интересные события», - повторила мысленно Люси открывая глаза и смотря прямо на Тина, ощущая его горячее дыхание.
- А детям говорят, что самые страшные, - тихо произнесла Люси, сама не понимая к чему и зачем. Но ей вспомнились различные страшные рассказы о том, что во тьме скрываются чудовища. Но сейчас она скорее была готова поверить Константину, чем всем этим глупым рассказам про чудовищ. Люси пронзил очередной разряд от прикосновения губ за ушком и она, повинуясь словам и настойчивому жесту, вновь легла на постель.  От прикосновения к груди, Люси чуть громче вздохнула, но это был вздох удовольствия. Она прикрыла глаза, так как все-равно было темно, просто отдаваясь ощущениям, чуть замирала, когда рука Константина коснулась ее единственной части одежды и стала снимать. Однако Люси не сопротивлялась, потому что полностью доверилась любимому мужчине, уверенная, что он знает что делает, хотя от этого сердце не переставало биться так, словно было готово выпрыгнуть из груди, а самой Люси казалось, что она просто не вынесет стольких ощущений и потеряет сознание. Ее тело била дрожь, она вся горела, словно подхватила горячку, ощущая, как Тин ласкает ее грудь, а после спускается ниже. На губах появилась улыбка от ощущения его щеки на животе. Рука что до этого судорожно сжимала покрывало, коснулась его волос, которые были словно шелк. Девочка провела по ним рукою, ощущая теперь еще и какое-то чувство умиротворения.
Совершенно нагая, с горящим желанием и любовью взглядом, пылающими щеками, разбросанными на покрывале волосами – она была воплощением самой порочности, как сказала бы ее сестрица или «бесстыжая, дрянь», - как назвал бы ее отец, прежде чем придушить, если бы узнал об этом. Наверное, Люси бы со стыда умерла, если бы в комнате было светло или хотя бы она освещалась огнем из камина, но темнота она словно тонкое одеяние и от этого Люси ощущала себя чуть спокойнее, не видя, а просто чувствуя, хотя в глубине сознания мелькнула мысль, что она хотела бы увидеть и Тина без одежды, ведь он, наверное, еще более прекрасен. Хотелось прикасаться к нему, дарить ласки, чтобы он ощутил тоже. Что ощущает сейчас она. Эта мысль лишь взбудоражила, а неизвестность уже не столько пугала, сколько томила, хотя дикое волнение не исчезло никуда, как бы не успокаивала себя Люси, какие бы ощущения ее сейчас не захлестывали. И как всегда бывало, с каждым новым шагом, с новым открытием Люси замирала. Вот и сейчас, когда Тин раздвинул ей ножки, она громко выдохнула, прикусила нижнюю губу и ощутила покалывание в кончиках пальцев и какую-то слабость от желания и волнения, ведь ощутила его дыхание там, где до этого еще никто ее ни касался. Что же говорить о том вихре чувств, когда его губы и коснулись ее лона, которое стало влажным, от чего вначале Люси даже испугалась и испытала дикое чувство стыда, но ощущая продолжающиеся ласки, она громко ахнула, а в голове мелькнула мысль, которая тут же исчезла: «Неужели и так можно?». А после пронзаемая миллиардами разрядов, так словно в нее ударила молния и теперь она вся была один сплошной разряд, Люси прогнулась, откидывая голову назад, сжимая одеяло пальчиками, так что костяшки побелели, а с ее губ сорвался первый не просто сладостный стон, а имя того, кто открывал сейчас для нее самый прекрасный мир
- Константин…

0


Вы здесь » Горное Королевство » Сюжет «Дворцовый переворот» » [Лето 539 г] "Люблю грозу в начале мая"